05.04
Удивительные вещи творятся последнее время в местном интернет-пространстве. Откуда ни возьмись — многочисленные публикации из серии «И это все о нем». Типа «Сергей Катасонов пиарится на ситуации вокруг «Оренбургских авиалиний», «Окаянный цинично позирует на фоне ЕДК» и т. д. и т. п. Молва сразу начала обвинять в этом то ли каких-то зловещих политтехнологов, которые решили подработать на наших просторах проездом из Улан-Удэ в Улан-Батор, то ли самого Катасонова, который захотел таким образом продемонстрировать насколько он гоним. Ну, а далее, все как у классика «Она его за муки полюбила.». Со всеми электоральными последствиями, из такой любви вытекающими.
Полагаю, правда ближе ко второму варианту. Вряд ли подобные публикации сильно вздуют Сергею Михайловичу рейтинг. Интернетом ныне, в основном, пользуется публика, которая на выборы ходит нерегулярно. Но то, что нацелены они именно на формирование вокруг него ореола мученика - очевидно. Так же как и то, что Касатонов на этих публикациях откровенно пиарится. Вот только можно ли его за это упрекать? Так на его месте делал бы любой настоящий оппозиционер. В любой демократической стране. Нащупал трудную и неоднозначную для власти ситуацию — и давай, разрабатывай золотую жилу. Так, например, Трамп во всю костерит Обаму за все и всяческие неудачи во внутренней и внешней политике, а Саркози — Оланда. В ответ власть напрягается, дабы показать народу, что все это не так, собака лает, а караван идет к светлому капиталистическому будущему.
А теперь решусь на парадоксальный вывод — главная проблема нашей власти — отнюдь не в ней самой. А в оппозиции. В идеале критика, даже не самая конструктивная, при всей ее обидности для адресата, должна идти на пользу. Потому что меж- и внутривидовую борьбу (отбор) никто не отменял. Победители куются на тренировках, бойцы крепчают под ударами, а армия мужает на учениях. Никто не отменял ни этики, ни гуманности, но законы жизни суровы: боксер, чей послужной список состоит из побед над откровенными «мешками» часто падает под ударами настоящего соперника, а самые красивые девушки достаются почему-то не дуракам и хлюпикам, а совсем наоборот. Так и с властью. Если ее не «прессингуют», она расслабляется, теряет способность «держать» удар. Лучше всего это сформулировано в русской народной поговорке: «На то и щука, чтобы карась не дремал».
Так вот, со щуками у нас в области — беда. У КПРФ во главе угла депутат ГД, которого никто здесь не видел и пожилой местный лидер. Буйных вожаков там не то, что мало — совсем нет. Хотя были такие прежде среди депутатов разных уровней. Юдин, Индейкин, Мунжасаров. Особенно хорошо ставила на дыбы горсовет прежнего созыва последняя парочка. Старый да малый. Индейкин еще при советской власти поработал в партийных органах и потому в управлении городом понимал лучше, чем некоторые из тех, кто им сейчас управляет. А Мунжасаров ничего особенного не понимал, но неукротимостью напоминал сорвавшийся с ручника бульдозер. Но всех их зачистили. И даже понятно, почему. Нехорошо быть ярче и харизматичнее лидера — Владимира Новикова. Последний, впрочем, тоже власть регулярно критикует, но за что — почти никто не понимает. По причине явного косноязычия. Кажется, что живется ему хорошо. На шильдике «Коммунистический» можно регулярно попадать в ЗС и получать там зарплату областного министра. А что еще нужно, чтобы спокойно встретить старость?
Зато у СР все строго по классику: «Шумим, брат, шумим». Их лидер Владимир Фролов обличает всех и вся, не закрывая рта. Он говорит много, очень много и даже еще больше. Если надо, может брови насупить или кулаком потрясти: «Доколе?». Но на самом деле, партия эта в Оренбуржье пребывает в состоянии, как говорят биологи, «гомеостаза». Нет, это не то, что Вы подумали. Это равновесие с природой. Допустим, живет где-то племя. Совсем дикое. И единственное, что они умеют — это ухаживать за маленькой плантацией банановых деревьев. Увеличить ее — они не могут, потому что не умеют, да и джунгли не дают. Поэтому в день они могут собрать, допустим, 25 бананов. И численность свою регулируют строго под эти 25 бананов. Разными жестокими мерами. А то ведь расплодятся всякие — достойные люди с голоду помрут. Вот так и СР Оренбуржья. От нее теперь остались самые-самые — Фролов со товарищи. Всех остальных он или исключил, или сами разбежались. Последняя капля — депутат ЗС от СР Юрий Воронин. Его еще в 12-ом вышибли из гнезда посредством исключения. И покружив слегка вокруг «Родины», пал он на широкую грудь «Единой России», в чьих предварительных выборах ныне участвует. А Фролов — в полном равновесии. Есть у него свой «железный» электорат, который ничем не переубедишь. Для них он — герой и трибун. На прочих агитацию за Фролова вести бессмысленно. Он для них — просто болтун. Ни украсть, ни покараулить. Полное равновесие.
Местная ЛДПР ныне четко делится на две группы — «умеренных» и «катасоновских» (блин, звучит почти как «тамбовских»). Первые — Химич, Рейзлер и др. на последних выборах в горсовет резко сдали позиции. Впрочем, неудачной их компанию не назовешь. Ее просто не было. Была имитация, да и то — довольно вялая. Ну, как можно идти на местные выборы вовсе без местных тем? Можно. И в горсовет даже одного депутата вместо трех провести. И это любовь. К Вольфычу. Народная и иррациональная.
Впрочем, хуже всех местная несистемная оппозиция. С одной стороны — она самая разрозненная, потому что единой организации не имеет. С другой — во всяких интернет-баталиях — самая дружная. Потому что делить им нечего. Это, по сути, сборище обиженных. Одного со всех и всяческих работ за пьянку погнали, другого кабинета лишили, третий при всех партиях обретался — чего-то хотел за службу — не дали, у пятого маму от кормушки отодвинули. Поэтому все они уверены, что все вокруг прогнило и во всем виноват... Путин. Никаких программ у них нет, а есть обиды, мечта о мести, в виде «люстрации» и презрение к народу, который не хочет делать для них революцию. Потому что быдло. Впрочем, круг этих революционеров настолько узок, что ими можно и пренебречь. А если каждому из них дать «портфелю» и кабинет, то они быстро станут ура-патриотами и ультраконсерваторами. Жаль «портфелей» на всех не хватит. И консервов.
В итоге остался один Катасонов. Этот готов бичевать власть за все огрехи в две смены. Правда, у Сергея Михайловича свои проблемы. Мне один дед рассказывал, как пробрался к нему после митинга и спросил: «Почему богатеи у нас платят такой же налог, как и бедные? Разве это справедливо? Ну, скажи, как депутат ГД». Катасонов ответил, что он-то «за» «прогрессивную шкалу» , но «другие возражают». Во-общем, олигарх платить не хочет, — сделал вывод дед-активист.
Стоит ли удивляться, что Единороссы проводят свой внутренний отбор — предварительные выборы — как эрзац внешней конкуренции. Чтобы не деградировать в совсем уж тепличных условиях. Ну, это, впрочем, иная тема.
И я не о том. Кто-то скажет, ну, вот, «разбомбил» всю оппозицию как есть. Небось, во власти интересах. Нет! Я просто хочу, чтоб система государственная у нас была крепче и работала лучше. На наше с вами благо. Ведь даже такая — бессмысленная и сама собой, в целом, довольная оппозиция приносит пользу. Вспомните только, как власть под огнем критики извлекла уроки из истории с Сарой. Теперь мы к ЧС готовы. Мышь не проскочит. Пошло это ей на пользу? Да. Она стала эффективнее. Пошло это на пользу людям? Безусловно. Эх, а если оппозиция еще была у нас хоть на что-то годная, насколько лучше бы работала тогда власть! По-моему, запрос на нее сегодня как никогда велик в стране российской. Вот только где ж ее взять?
